Кормить дракона — не значит принести мир
Галина Янченко, народный депутат, председатель Парламентской спецкомиссии по защите инвесторов
Сегодня исполняется четыре года полномасштабной войны и двенадцать лет с тех пор, как российские войска — так называемые "зелёные человечки" — вошли в Крым и на Донбасс. О чём я думаю в этот день? О цене мира для Украины.
Украинцы платят эту цену каждый день: сидят без света под обстрелами, теряют близких, воюют на передовой. Мы боремся не просто за "мир". Мы боремся за свой выбор. За свободу. За демократию. За Европу. За право не жить под российским режимом — режимом, который страшнее тюремных стен.
Мир — это не товар, который можно купить на политическом рынке. Поэтому сам вопрос "какую цену должна заплатить Украина за мир?" — который вновь и вновь звучит на переговорах — изначально неверен.
Риторика "заплатить за мир" следует логике "отдать дракону самую красивую девушку, чтобы он не сжёг город". Но дракон вернётся.
Есть древнегреческая легенда о городе, который годами терроризировал дракон, живший у озера. Чтобы умилостивить его, жители сначала приносили скот. Когда он закончился, они начали жертвовать собственными детьми, выбирая их по жребию. Однажды жребий пал на дочь короля — и тогда появился святой Георгий. Он вступил в бой с драконом, ранил его, привёл в город и убил.
Жертвоприношения прекратились не потому, что дракон насытился. Они прекратились потому, что кто-то наконец сказал: хватит — и подтвердил эти слова делом.
Мир под звуки сирен
Эта зима принесла больше разговоров о "мире", чем любая предыдущая. И одновременно — наибольшее количество ударов по гражданским объектам с начала полномасштабного вторжения.
В 2025 году было всего четыре ночи, когда Россия не запускала дроны по украинским городам. Этот же год стал самым смертоносным для мирного населения: более 2 500 погибших и свыше 12 000 раненых — примерно на треть больше, чем в 2024-м.
Это наши родственники, друзья, чьи-то соседи, братья и сёстры. Они погибли не в окопах. Они погибли дома, в больницах, в супермаркетах, на детских площадках — от прицельных ударов по жилым кварталам и критической инфраструктуре.
За закрытыми дверями дипломатических кабинетов логика "кормить дракона" часто звучит почти дословно. Украине предлагают добровольно отказаться от части Донецкой области, где до сих пор живут около 200 тысяч украинцев.
Передать эти земли — значит сознательно обречь этих людей на оккупацию, пытки, изнасилования и убийства. Украина на это не пойдёт.
Есть и аспект безопасности. Эти территории — укреплённая линия обороны, сдерживающая наступление России. Их передача не принесёт мира — она откроет путь к Днепропетровской, Харьковской и Запорожской областям. С военной точки зрения это было бы самоубийством.
Нынешний переговорный процесс пока не дал результатов. Как и предыдущие попытки, он зашёл в тупик из-за той же старой ошибки: давление оказывается на жертву агрессии, тогда как условия для России практически не меняются.
Эскалацией занимается не Украина — эскалацию ведёт агрессор. Мы надеемся, что те, кто берёт на себя роль посредников, извлекут уроки из прошлых неудач, чтобы переговоры наконец начали продвигаться вперёд.
Не кормите дракона
Россия боится американских санкций. Однако за последний год санкционное давление существенно не усилилось.
Новым стимулом для Путина сесть за стол переговоров стала кампания по аресту судов российского "теневого флота", перевозящего подсанкционную нефть. Однако после четырёх успешных блокировок связанных с Россией судов при участии США эта инициатива сейчас поставлена на паузу.
Российская нефть продолжает продаваться.
Сегодня крупнейшими покупателями российской нефти являются Китай, Индия и Турция. В 2025 году они приобрели 91% российского экспорта сырой нефти — 47% Китай, 38% Индия и около 6% Турция — на сумму 142 миллиарда долларов.
Евросоюз почти полностью отказался от российской нефти. Исключениями остаются Словакия и Венгрия, которые вместе по-прежнему обеспечивают не менее 6% российского экспорта — около 8 миллиардов долларов в год.
По оценкам Киевской школы экономики, в 2025 году Россия заработала 156 миллиардов долларов на экспорте сырой нефти и нефтепродуктов — несмотря на санкции и ценовые потолки. Кремль направил почти такую же сумму на войну: 137 миллиардов долларов прямых военных расходов и до 161 миллиарда на "оборону" в целом.
Это прямые деньги на ракеты, дроны и бомбы. Пока мир покупает российскую нефть, у Кремля есть военный бюджет — и нет причин идти на уступки.
Единственный способ изменить поведение России — сделать войну для неё слишком дорогой. Перекрыть деньги. Лишить возможности финансировать агрессию. Без этого все разговоры о мире — лишь фон для новых атак.
Кто следующий?
В течение последнего года мирные переговоры были переполнены риторикой о том, что и как быстро Украина должна уступить, чтобы удовлетворить Россию. Но они так и не ответили на главный вопрос: какие есть гарантии, что Россия не вернётся снова?
Сегодня Путину нужна Донецкая область. Завтра это может быть одна из стран Балтии.
Готовы ли европейцы и американцы платить за "мир" своими территориями и людьми, которые там живут? Готов ли кто-то ещё проверять, остановится ли агрессор после уступок?
Заставить агрессора заплатить можно только вместе — а не обсуждая, какую ещё "жертву" принести дракону из болот.
Платить должна Россия — не за мир, а за войну, которую она начала.
Эта война — не только против Украины. Это война против цивилизованного образа жизни и ценностей, которые представляет Европа. Пока Украина не получит реальные гарантии, не защищены не только мы — не защищена вся Европа.
Украина уже выиграла для Европы четыре года времени. Четыре года, в течение которых российская армия истощается здесь — а не на границах стран Балтии или Польши.
Поэтому вопрос не в том, какую новую жертву должна принести Украина.
Настоящий вопрос в другом: готовы ли мы — Украина, Европа и Соединённые Штаты — вместе провести черту и сказать: "Хватит".
