Цена агрессии: кто и как заплатит за разрушенные заводы мировых гигантов в Украине?
Игорь Галицкий, адвокат, к.ю.н., заместитель руководителя практики разрешения международных споров АО Investment Lawyer Group
21 февраля этого года российские войска нанесли удар по предприятию американской компании Mondelez International в городе Тростянец Сумской области. Ракета попала в один из производственных корпусов завода. Фабрика, которая с 90-х годов выпускает шоколад Milka и чипсы "Люкс", является одной из первых крупных инвестиций США в экономику независимой Украины.
Ранее, 5 января, российский дрон ударил по Днепропетровскому маслоэкстракционному заводу компании Bunge Global SA – того самого американского гиганта из Сент-Луиса, штат Миссури, которому принадлежит бренд "Олейна". На дороги города вылилось 300 тонн подсолнечного масла, движение по Набережной Днепра перекрыли на несколько суток.
Mondelez и Bunge – далеко не единственные примеры американских предприятий, пострадавших от действий государства-агрессора. 17 февраля 2026 года министр иностранных дел Андрей Сибига публично заявил, что россия систематически атакует американский бизнес в Украине, приведя конкретные примеры: офис Boeing в Киеве, завод производителя электроники Flex в Мукачево. По данным Американской торговой палаты (AmCham), с начала полномасштабной войны 47% американских компаний – членов AmCham зафиксировали повреждение или разрушение своих объектов, у 57% были ранены сотрудники, у 38% – погибшие работники.
Разные компании, разные отрасли, разные города. Общее одно – иностранный бизнес, работающий в Украине, несет прямые физические потери от российских ударов. И вопрос, который неизбежно встает перед каждым инвестором: существуют ли правовые механизмы компенсации ущерба, причиненного агрессором? И насколько они работают на практике?
Механизмы компенсации: что имеем
Начнем с главного – никакого автоматического и быстрого пути получения денег от россии за разрушенное в Украине имущество инвесторов на сегодняшний день не существует. Но инструменты формируются, и некоторые из них уже даже начинают работать.
К примеру, Международный реестр ущерба Register of Damage for Ukraine (RD4U), учрежденный под эгидой Совета Европы, принимает и систематизирует заявления об ущербе от физических и (в перспективе) юридических лиц, а также от государства Украина. Сама по себе регистрация в RD4U денег не возвращает. RD4U задуман как первый системный элемент будущего компенсационного фонда, который может финансироваться из замороженных российских активов.
На сегодняшний день подача заявлений от юридических лиц через портал "Дія" еще не открыта, хотя соответствующие категории уже определены Уставом Реестра. Полноценный доступ для нерезидентов также позиционируется как "будущий" этап.
Несмотря на это, фиксация ущерба в RD4U – важная предпосылка для потенциального доступа к компенсациям. Медлить с подготовкой доказательной базы не стоит.
Второй путь – украинские суды. Инвестор может подать иск в национальный суд о возмещении убытков, причиненных рф. Однако здесь возникает фундаментальное препятствие – доктрина суверенного иммунитета: государство не может быть ответчиком в судах другого государства без своего согласия.
Несмотря на общую доктрину суверенного иммунитета, Верховный Суд Украины сформировал подход, позволяющий рассматривать иски к рф о возмещении вреда, причиненного ее вооруженной агрессией. В ряде постановлений (в частности, от 14.04.2022 по делу № 308/9708/19 и от 18.05.2022 по делу № 760/17232/20-ц) Суд исходит из концепции ограниченного иммунитета государства и признает, что деликтные требования о возмещении вреда жизни, здоровью и имуществу, причиненного на территории Украины вследствие агрессии рф, составляют исключение из судебного иммунитета. Таким образом, украинские суды вправе не принимать во внимание ссылки рф на судебный иммунитет и могут рассматривать подобные иски по существу. Впрочем, исполнить такое решение украинского суда в иностранных юрисдикциях будет непросто.
Даже при наличии положительного решения украинского суда принудить рф исполнить его за рубежом – в юрисдикциях, где преимущественно и находятся ликвидные российские активы – крайне затруднительно. Иностранные суды будут ссылаться на неприкосновенность и суверенный иммунитет государства-ответчика.
Третий путь – международный инвестиционный арбитраж. Разбирательство в нем обходится дорого и тянется годами. Применяется оно прежде всего к активам на оккупированных территориях. Арбитражные трибуналы признают, что рф, установив "эффективный контроль", несет ответственность за экспроприацию имущества.
Прецеденты уже есть: в апреле 2023 года "Нафтогаз" получил решение на $5 млрд по крымским активам, "Ощадбанк" – на $1,1 млрд, "ДТЭК" в ноябре 2023-го – на $267 млн.
Но стоимость подобного разбирательства может исчисляться десятками миллионов долларов, а отдельным и ресурсоемким этапом остается принудительное исполнение решения за рубежом: найти активы, наложить на них арест, преодолеть доктрину суверенного иммунитета и так далее.
Страхование иностранных инвестиций от военных рисков
MIGA (Многостороннее агентство по гарантиям инвестиций, Группа Всемирного банка) страхует политические и военные риски для международных инвесторов, покрывая экспроприацию и боевые действия. Первая гарантия военного времени уже выдана: $9,2 млн на проект M10 Industrial Park во Львове (инвестор – Dragon Capital), с покрытием рисков военных действий сроком на 10 лет.
DFC (Корпорация США по финансированию международного развития) предлагает страхование политических рисков на сумму до $1 млрд – причем не только для американских, но и для европейских и украинских инвесторов. DFC уже направила $250 млн на поддержку украинских агропроизводителей.
Принципиально важным на национальном уровне стало расширение мандата украинского Экспортно-кредитного агентства (ЭКА). С 1 января 2024 года, после вступления в силу Закона № 3497-IX, ЭКА уполномочено страховать прямые инвестиции в Украину от военных и политических рисков. В мае 2024 года утверждена "Политика страхования ЭКА", и агентство начало принимать заявки.
Что покрывает страхование ЭКА? Прямые инвестиции и дивиденды. Перечень рисков: вооруженный конфликт, военная агрессия, боевые действия, террористические акты, диверсии, оккупация и аннексия, а также принудительное отчуждение, незаконный отзыв лицензии, запрет расчетов, невозможность конвертации или перевода валюты. Страховка доступна и иностранным, и украинским инвесторам.
Вместе с тем есть существенные исключения: ЭКА не покрывает ущерб от оружия массового поражения и кибератак, а также косвенные убытки вроде упущенной выгоды (за исключением случаев страхования дивидендов). Имеется и географическое ограничение – объект инвестирования не может находиться на территориях, где на дату заключения договора ведутся боевые действия или которые находятся под оккупацией. Иными словами, страховка защищает новые инвестиции в относительно безопасных регионах, а не ретроактивно компенсирует уже разрушенное.
Значение для бизнеса
Как видим, механизмы компенсации убытков, понесенных инвесторами в Украине, существуют, однако ни один из них не дает быстрого результата. RD4U пока не открыл прием заявлений от юридических лиц и нерезидентов. Решения национальных судов сталкиваются с проблемой суверенного иммунитета при попытке их исполнения за рубежом.
Арбитраж на сегодняшний день является наиболее действенным механизмом получения компенсации за причиненный ущерб, однако значительная стоимость процесса и длительные сроки рассмотрения дел могут стать препятствием для обращения инвесторов. Кроме того, исполнение арбитражного решения может быть осложнено суверенным иммунитетом, а также действиями РФ, направленными на затягивание рассмотрения дел.
В то же время страхование от военных рисков через ЭКА, MIGA и DFC – это инструмент, который уже функционирует и дает инвестору конкретную защиту до наступления необратимых последствий.
Достаточно ли этого? Нет. Украине необходимо системное совершенствование инвестиционного законодательства, укрепление судебной системы, распространение механизмов RD4U на юридических лиц. Не менее принципиальна активная работа по формированию международного компенсационного фонда за счет замороженных российских активов. Пока этот фонд не заработает, страхование останется самым практичным инструментом для тех, кто уже вложил в Украину реальные деньги.