Задача на 2026 год - ускорение приватизации и успешная продажа нескольких ключевых активов - заместитель министра
Интервью заместителя министра экономики, окружающей среды и сельского хозяйства Украины Дарьи Марчак агентству "Интерфакс-Украина"
Автор: Дмитрий Кошевой
- Государственный бюджет на 2026 год предусматривает 2 млрд грн доходов от приватизации. Это много или мало? Как был рассчитан этот показатель?
- Это очень консервативный прогноз. Исходим, конечно, из того, что реальный план гораздо больше - как минимум продать не меньше, чем в 2025 году. Напомню, что в 2025-м году совокупные доходы от приватизации, с учетом санкционных активов и от аренды госимущества составляли около 9,5 млрд грн.
Основная задача на 2026 год - это ускорение приватизации и успешная продажа нескольких ключевых активов. В то же время мы понимаем, что существует очень много рисков и факторов неопределенности, поэтому и планировали этот показатель очень осторожно.
- В предыдущие годы прогнозы бюджетных поступлений от приватизации базировались на ожиданиях от продажи каких-то крупных объектов. С какими объектами в этом году связаны наибольшие ожидания на выполнение и улучшение плана бюджетных поступлений?
- Так, среди объектов большой приватизации ключевым остается Одесский припортовый завод (ОПЗ). В прошлом году аукцион по ОПЗ не состоялся - и это для нас был важный сигнал. Рынок показал, что при существующих условиях и стартовой цене инвесторы не готовы заходить. Поэтому сейчас мы очень осторожно прогнозируем и анализируем, каким образом мы можем сделать эту продажу успешной еще в этом году.
ОПЗ - это сложный актив: у компании есть задолженности, есть старый долг (подтвержденный Стокгольмским арбитражем - ИФ-У) перед Group DF. Поэтому очевидно, что нам нужно глобально переосмыслить, каким образом мы подходим к продаже этого объекта, более правильно и ювелирно определить условия продажи.
Для этого нам нужны изменения в законодательство, которые разблокируют снижение цены для объектов большой приватизации при повторной продаже. И здесь я очень рассчитываю на поддержку со стороны народных депутатов. Тогда последовательность будет следующей. Сначала объект выставляется на продажу по балансовой стоимости или стоимости, установленной методом оценки. Если объект не продается, то второй аукцион проводится уже по заниженной стартовой цене, но идет на повышение цены. В случае, когда и вторая попытка неудачная, то третий аукцион идет уже на понижение цены. Это позволяет найти настоящую рыночную стоимость и реального инвестора. К сожалению, для большой приватизации в начале полномасштабного вторжения внесли изменения и фактически остановили второй и третий этапы.
Если такие изменения не будут приняты, то будем искать другие пути, возможно, через реструктуризацию долгов предприятия. Однако в любом случае мы планируем выставить этот объект на продажу в этом году и надеемся, что удастся найти покупателей.
Второй объект - "Сумыхимпром". Мы понимаем риски - он находится около линии фронта, и это существенный риск-фактор для актива. И здесь вопрос не только экономический, но и безопасностный.
Есть еще ряд санкционных активов, которые перешли к государству в рамках закона о санкциях: по ним было принято решение Высшего антикоррупционного суда (ВАКС), они взысканы в доход государства и переданы на приватизацию Фонду государственного имущества Украины. Таких активов запланировано на этот год 26, стоимостью от десятков миллионов до миллиардов гривен стартовой стоимости. Самые интересные, и приоритетные для Фонда, это "Николаевский глиноземный завод" (НГЗ) и (столичный торгово-развлекательный комплекс) Ocean Plaza. Для санкционных активов правительство приняло отдельное постановление, которое расширяет инструменты их подготовки к продаже: позволяет снижать стартовую цену на повторных аукционах и формировать пулы из корпоративных прав, отдельного имущества и прав требования. Это не просто техническое решение, а реальный механизм, который позволяет уже в этом году выводить такие активы на прозрачный аукцион.
- Я уже слышал о надеждах по продаже НГЗ, но меня немного смущает, что НГЗ всегда был просто звеном, пусть и важным, в цепочке "РусАл". А сейчас сырья туда морем не завезешь, да и кому продукцию продавать тоже не очень понятно.
- Потенциально это очень интересный актив, особенно для крупных международных компаний, которые могут его интегрировать в свою цепочку добавленной стоимости. Поэтому мы ведем активные переговоры с международным бизнесом и видим интерес за пределами Украины. Да, такие ограничения действительно существуют, но есть разные сценарии их преодоления, в зависимости от стратегии отдельных потенциальных покупателей.
- В области цветной металлургии у государства еще ЗТМК, ЗАЛК. Когда-то в Украине был и свой был алюминиевый цикл, хотя с текущим дефицитом электроэнергии и оккупированной Запорожской АЭС вряд ли можно серьезно говорить о его восстановлении. Эти объекты также стоят на продажу? Как оцениваете шансы найти на них покупателей?
- Да, эти объекты есть в перечне на приватизацию, и мы рассчитываем выходить с ними на продажу. Фонд государственного имущества уже ведет подготовку этих активов. ЗАЛК, в частности, входит в перечень санкционных активов, которые могут быть выставлены по упрощенной процедуре уже в этом году. Подготовка продолжается, но детали мы сможем комментировать чуть позже.
- Сложные прифронтовые объекты, такие как "Украинские энергетические машины" (бывший "Турбоатом"), "Электротяжмаш", ЗТМК - как их продать во время войны? Из 15 объектов большой приватизации, которые были названы осенью 2023 года, был продан только один - ОГХК, и тот без конкуренции.
- Очевидно, что для этих активов ключевой фактор - безопасность. Мы думаем, что у этих объектов может появится шанс на нового собственника, когда будет перемирие и соответствующие гарантии безопасности. Сейчас продажа таких активов в прифронтовых зонах существенно затруднена ограничениями безопасности и рыночными рисками. Поэтому мы прорабатываем параллельно различные модели управления такими сложными активами.
- Время от времени от представителей правительства звучат заявления о возможности выставления на приватизацию других интересных объектов: государственные банки, "Укрнафта", "Энергоатом". Об этом в прошлом году в Давосе говорила премьер-министр Юлия Свириденко, которая тогда еще была первым вице-премьером. В этом году министр экономики Алексей Соболев также об этом упоминал. Какие шансы, что из этих объектов что-то может пойти на продажу уже в этом году? Или это пока больше идеи?
- В целом у нас есть три больших потока в приватизационном процессе.
Первый - это "обычная" приватизация, где происходит классическая продажа 100% собственности по закону о приватизации.
Второй - это продажа санкционного имущества. В январе этого года Кабинет министров Украины принял постановление, открывающее много возможностей для продажи таких активов. Это дает возможность снять именно для продажи санкционного имущества преграды, о которых я уже рассказывала выше.
Кроме того, этим постановлением мы предусмотрели возможность заключения с инвестором NDA (Non-Disclosure Agreement - договор о неразглашении конфиденциальной информации) еще до начала процедуры продажи. Это дает возможность потенциальным инвесторам на условиях NDA иметь несколько месяцев для осмотра и детального знакомства с активом еще до продажи. Это был прямой запрос от инвесторов.
Третье направление это частичная приватизация стратегических активов. Это отдельный трек, который мы сейчас прорабатываем на уровне концепции. Речь идет о стратегических для государства активах, где контрольный пакет должен оставаться в государственной собственности. Сейчас мы формируем видение процедуры и возможных инструментов такой частичной приватизации. Среди возможных механизмов - аукцион, IPO или private placement.
Мы уже обсуждаем внутри правительства и с международными партнерами конкретные активы, чтобы начать их подготовку. Ближайшая цель - подготовить несколько компаний к возможности привлечения миноритарного акционера в 2026 году. Речь идет не только о самой процедуре продажи, но и о прозрачности и понятности всех финансовых потоков внутри компаний. В частности, это вопрос ВСО, аудиторской отчетности и прозрачного корпоративного управления. Все это большой блок работы, который нужно провести внутри каждой компании, чтобы подготовить ее к возможному входу миноритарного акционера. Наша задача - привести стратегического международного инвестора, который принесет с собой капитал, экспертизу и новые технологии.
- Хотел уточнить один общий вопрос, связанный с фактором войны. Ждать ее завершения для продажи государственных активов или не ждать? Каково ваше видение? Возможно ответ зависит от самих активов?
- Это очень зависит от конкретного актива. Ответ зависит, в том числе, от того, есть ли потенциальные инвесторы, потому что разные инвесторы имеют разный аппетит к риску.
На наш взгляд, если есть потенциальные инвесторы - нужно проводить приватизацию сейчас. Потому что актив, который простаивает, ежегодно теряет стоимость. Например, Одесский припортовый завод. В прошлом году у нас была пятая в истории этого актива попытка приватизации. Четыре предыдущие попытки, по разным причинам, оказались неудачными. В частности, из-за страха того, что государство "продешевит", продавая ОПЗ. Но если посмотреть, то каждый следующий раз стартовая цена продажи актива в долларовом эквиваленте становится меньше, ведь со временем актив, без интенсивных инвестиций в модернизацию, фактически теряет свою рыночную стоимость. И даже несмотря на это, напомню, что ОПЗ с 2022 года не осуществляет операционную деятельность, то есть у него нет своего денежного потока. Как в таких условиях ждать периода "после войны"? Мы не можем с этим затягивать.
Поэтому, повторюсь, активы, на которые мы можем найти стратегического инвестора, надо продавать сейчас. Мы хотим продать эти активы именно как бизнес, который будет интегрирован в глобальные цепочки добавленной стоимости, что будет давать выгоду для экономики Украины. И хотя сейчас и ОПЗ, и упомянутый НГЗ простаивают, у них есть активы, экспертиза, сырьевая база, оборудование. Ждать светлого будущего, чтобы когда-то в них запустить процесс, - это на самом деле рисковать этими активами как таковыми.
—Как Минэкономики выбирает какие объекты лучше выставлять на приватизацию, а какие отдавать в концессию? Профильный комитет Верховной Рады предлагает к путям привлечения частных собственников к гособъектам добавить еще и банкротство, как в примере "Орианы"?
- Если начать с "Орианы", то это вот пример того, как меняется состояние актива со временем. Когда-то это был объект, на который можно было найти инвестора и продать. Однако с 2003 года предприятие годами находится в процедуре банкротства, производство прекращено, а долги - растут. Вместо промышленного комплекса сегодня это не функционирующие помещения, часть которых сдается в аренду.
В целом же у нас есть политика собственности, утвержденная в ноябре 2024 года, которая четко предусматривает процедуру триажа более чем 3000 объектов в государственной собственности. Он был проведен еще в начале 2025 года.
В рамках выполнения политики собственности, определен перечень из почти 1800 объектов, которые должны быть переданы на приватизацию. Из них около 1300 уже были в Фонде государственного имущества, а где-то под 400 надо было ему передать.
Кроме того, в рамках триажа были определены объекты, имеющие стратегическое значение для экономики, и объекты оборонной сферы остаются в собственности государства, последние - по крайней мере на период военного времени.
И наконец третья группа - объекты, которые должны быть ликвидированы.
Что касается концессий и концессионных конкурсов, то к ним применяется другая логика. В концессию частному инвестору обычно передаются объекты, которые имеют суспильное значение. Это не продажа, а право определенный период этим объектом управлять и получать с него доход. В то же время право собственности остается у государства именно потому, что это общественно-важный объект.
- Относительно привлечения советников для приватизации. Недавно был визит представителей ЕБРР в Украину, по результатам которого Минэкономики сообщило, что банк окажет поддержку правительству в подготовке к приватизации, что предусматривает также юридическое и техническое структурирование, управление устаревшими долгами и обязательствами. Было даже заявлено о "возможности создания специального фонда подготовки проектов ЕБРР для поддержки сложных активов приватизации и обеспечения успешных, прозрачных транзакций". Проясните, пожалуйста, конкретнее, о чем идет речь.
- Мы смотрим на это шире, чем просто "привлечь советника". У нас есть два трека - полная приватизация и частичная приватизация. И подход к ним разный.
С международными партнерами - IFC, Всемирный банк, ЕБРР, Европейская Комиссия, правительство Великобритании, обсуждаем, как правильно структурировать сотрудничество... Общая логика в том, чтобы привлекать партнеров, которые будут брать отдельные объекты в сопровождение и помогать готовить их к продаже.
- Это уже далеко не первая попытка привлекать советников, но предыдущие не были очень удачными.
- По разным причинам эта практика тогда не была успешной, и от нее на законодательном уровне отказались. Но возможность привлечения консультантов сохраняется, потому что они могут быть и на стороне покупателя, и никто не запрещает таким консультантам работать с объектами.
С нашими международными партнерами мы говорим, кто какую часть работы может взять на себя: кто может помочь с due diligence, кто - с legal risks mitigation (уменьшение юридических рисков), а кто - с M&A (слияния и поглощения). Если можно так сказать, составляем матрицу помощи. Пока еще не готова что-то конкретное анонсировать, потому что все договоренности и переговоры еще в работе. Но дискуссия очень предметная. Наша задача - чтобы каждый крупный актив имел профессиональную подготовку к продаже.
- А частные консультанты также к этой работе привлекаются?
- Мы встречались с украинским инвестиционным сообществом, где во время закрытых обсуждений представляли наши планы по приватизации.
Советники нужны - это очевидно. Вопрос в том, какие функции они будут выполнять и кто им будет платить. По полной приватизации - правительство вряд ли будет оплачивать подготовку каждого отдельного актива По частичной приватизации - мы просим международных партнеров участвовать в поддержке по привлечению консультационных услуг по подготовке и сопровождению продажи. И это уже их дело, или они это сделают собственными ресурсами, или заплатят внешнему консультанту.
Кстати, в ходе этих обсуждений эксперты сказали, что сама процедура приватизации выглядит хорошо, никаких жалоб. Но четко прозвучал другой запрос - обеспечить постприватизационную поддержку. Поэтому среди домашних заданий для команды на этот год - разработать процедуру такой поддержки.
- Фонд государственного имущества после почти 1,5 летней паузы получил главу. Господин Наталуха высказался за трансформацию Фонда госимущества "во что-то типа Корпорации развития промышленности, которая будет "выращивать" из госкомпаний национальных промышленных чемпионов". По его мнению, ориентиром может быть китайская Комиссия по надзору и управлению государственными активами Государственного совета (State-owned Assets Supervision and Administration Commission of the State Council, SASAC). Что вы об этом думаете?
- Во-первых, я не хочу комментировать слова коллеги, это вопрос профессиональной этики. Думаю, вам стоит расспросить о его позиции у самого Дмитрия Андреевича
Во-вторых, мне кажется, что сейчас у нас налаживается конструктивное взаимодействие между Минэкономики и Фондом госимущества. Мы вместе с Дмитрием Наталухой были в Лондоне на инвестиционной конференции на той неделе, вместе встречались с международными инвесторами и сработали очень хорошо. Потому что, когда инвестор одновременно общается и с институтом, который отвечает за разработку политик, и с Фондом, который управляет активами, то он получает гораздо более глубокое понимание того, что происходит. Вместе с тем такие совместные встречи также помогают и нам лучше услышать запросы инвесторов, и понять, где нужно до-настраивать какие-то процессы.
В-третьих, на самом деле, вот тот функционал, о котором говорит Дмитрий Наталуха, уже сегодня фактически предусмотрен в ФГИУ. Ведь уже сейчас Фонд отвечает не только за приватизацию, но и за управление активами, а также за оценку имущества, частичное регулирование рынка недвижимости, земельный банк и тому подобное.
- А что касается дискуссии, как лучше управлять государственными компаниями - через единый холдинг, несколько холдингов, с привлечением профессиональных управляющих?
- Сейчас Правительство и Фонд вместе с международными партнерами обсуждают различные модели управления объектами государственной собственности, чтобы она была максимально эффективна.
- Пока еще нет решения или это будет единый госхолдинг, или это группа холдингов, или это будет какой-то холдинг-холдингов?
- Пока это этап верификации идей. Мы изучаем международный опыт, смотрим, что может работать в украинских реалиях. Когда будет финализирована концепция, тогда можно будет говорить.
- Приватизация и накопительная пенсионная реформа. Возможна ли связь и какая? Тем более, что ранее вы работали над пенсионной реформой в Минсоцполитики
- Идеи об инвестиционных счетах и "народном IPO" - продаже небольших пакетов акций украинским гражданам, действительно обсуждаются.
Но моя задача - сделать так, чтобы управление государственной собственностью, продажа пакетов акций могли потом конвертироваться в добавленную стоимость.
- А временные рамки есть какие-то, когда вы планируете все это сделать?
- С точки зрения правительственной политики - желательно уже на вчера. Но нам очень важно сделать это все правильно, чтобы не дискредитировать идеи.
Мы хотим, чтобы государственные компании в Украине стали основой для рынка капиталов, чтобы появлялись новые инструменты инвестирования, привлекались иностранные инвестиции. Возможно появится что-то похожее на суверенный фонд, который также будет давать добавленную стоимость для страны.
Однако это все это - финальный этап с точки зрения процессов управления государственной собственностью.
- Я почему спрашиваю о временных рамках, потому что эти идеи непрерывно обсуждаются, если не ошибаюсь, с 2014 года, когда министром экономики еще был Айварас Абромавичус.
- Это системная реформа. За это время состоялся триаж, наработаны несколько концепций. Еще в 2023 году при поддержке проекта SOERA от USAID, разработали достаточно детальное видение, как в Украине может выглядеть централизованное управление активами. Все это подкреплялось расчетами, конкретными перечнями компаний, бизнес-моделью. Такие вещи не делаются быстро, потому что требуют многих расчетов.
Поэтому у нас есть уже большая база того, что наработано. Сейчас мы эту базу и эти расчеты верифицируем, актуализируем и наработаем бизнес-модель и ее составляющие.
- Государственная недвижимость. Что делать с ней? Экс-глава Фонда госимущества Дмитрий Сенниченко, которого сейчас разыскивает НАБУ, но который все же был экспертом в этой сфере, в свое время предлагал создать такой отдельный банк недвижимости, включая помещения, которые занимают министерства и ведомства, и привлечь специализированную компанию для управления им. Что вы об этом думаете?
- Я думаю, что это дело Фонда государственного имущества. С точки зрения операционной деятельности это большой блок работ. Частные владельцы могут эффективно управлять и поэтому я не вижу целесообразности расходования ресурсов государства на выполнение этой функции. Но, опять таки, я думаю, что лучше, чтобы свою позицию сформулировал Фонд госимущества.
