Министерство здравоохранения не ведет реестр лекарств, уничтоженных в ходе атак агрессора, из-за коммерческой тайны поставщиков, но надеется на их сознательность для предотвращения дефицита, сообщил министр здравоохранения Виктор Ляшко.
"Что касается реестра утраченных лекарственных средств, то мы не ведем такой реестр. Дело в том, что у бизнеса есть коммерческая тайна, он это не показывает (потери – ИФ-У) из-за конкуренции. В то же время мы постоянно, после каждой атаки, проводим встречи и совещания с производителями или импортерами и отдельно с дистрибьюторами и просчитываем все риски, чтобы понимать, насколько возможна замена того или иного препарата или действующего вещества", – сказал он на заседании парламентского комитета по здоровью нации, медицинской помощи и медицинскому страхованию в среду.
Ляшко отметил, что "за последние четыре с половиной года у нас возникла проблема кризисного дефицита только в начале 2026 года, но она возникла из-за того, что пострадавший завод-производитель препаратов против эпилепсии обещал возобновить работу через четыре месяца, но сделал это через шесть месяцев, не предупредив нас, что не успевает, поэтому в течение трех недель наблюдался кризис с доступом к препаратам".
"Мы обратились ко всем участникам рынка с просьбой своевременно предупреждать нас, как регулятора, чтобы мы могли сотрудничать с компаниями, производящими аналогичные препараты, или решать другие вопросы, например, как завезти тот или иной препарат на территорию нашей страны", – сказал он.
Ляшко напомнил, что в определенных медицинских учреждениях создан четырехмесячный запас лекарств, чтобы, "если возникнет кризисная ситуация, мы не повторили начало 2022 года и имели доступ к лекарственным средствам".
"Ситуация у нас прогнозируемая, но она зависит от военной обстановки", – подчеркнул Ляшко.
