11:57 22.05.2022

Автор: АЛЕКСЕЙ ГОРДЕЕВ

Профессия – фиксер. Почему война с РФ создала временный массовый спрос на тех, кто ищет героев для иноСМИ

7 мин читать
Профессия – фиксер. Почему война с РФ создала временный массовый спрос на тех, кто ищет героев для иноСМИ

Алексей Гордеев, специалист по коммуникация автор книги "Церковь на Майдане"


Харьков. Салтовка, один из самых опасных районов города, – недалеко. За столиком в волонтерском кафе возле станции метро "Героев труда" неприхотливо обедают два журналиста The New York Times – Джеймс и Паоло. Рядом с ними – 32-летний Марьян Присяжнюк, он фиксер/продюсер этой репортерской группы.

С Марьяном я познакомился в Харькове, когда в качестве фиксера, водителя и переводчика несколько недель помогал одному из французских ТВ-каналов. С американскими репортерами Марьян, очевидно, уставший, работал уже месяц.

Спрос и предложение

Fixer – это человек, который что-то "налаживает". Как правило, его услугами пользуются те, кто не владеет необходимыми контактами для сторителлинга и/или не знает языка страны, куда прибыл.

В услугах фиксеров нуждаются десятки иностранных журналистов и съемочных групп, прибывающих в Украину освещать последнюю фазу российско-украинской войны. Итак, чем занимаются классические фиксеры?

  • Поиск историй, контактов и информации

Зарубежные журналисты (особенно из Польши) могут знать украинский язык для поиска героев, контактов и источников. Один из французских журналистов мне рассказывал, что, когда ехал в Центральноафриканскую республику, не нуждался ни в фиксере, ни в переводчике, ведь французский – один из официальных языков этого государства.

Впрочем, как правило, репортеры не знают украинского языка и не имеют свежих контактов. Поэтому их главное требование к фиксеру – находить нужные источники (как чиновников, так и "героев") и, самое главное, успешно договариваться об интервью и совместных выездах на локации (например, на "передовую", в волонтерский центр, в больницу и т.д.).

Некоторые фиксеры, занимающиеся поиском героев для материалов и переводом (см. ниже) предпочитают называться "продюсерами", ведь именно от них зависит, о ком и о чем будут писать зарубежные репортеры.

Кроме того, как правило, телевизионные журналисты, готовясь к прямым включениям, нуждаются в свежей информации не только из региона базирования, но и со всей Украины. Фиксер оперативно готовит ее тоже.

На мой взгляд, наилучший фиксер – это безработный или бывший журналист и/или пиарщик со знанием социального и, особенно, военного ландшафта. "Человек с улицы" банально не будет знать, кому писать или звонить по телефону, если нужно подтвердить количество погибших и раненых.

Социальный капитал и полезные связи фиксера также востребованы, когда чиновники не идут на контакт или под не особо убедительными аргументами уклоняются от сотрудничества (делиться данными, пускать в больницу etc).

  • Перевод

Как правило, фиксер одновременно и переводчик. В приоритете, конечно, английский и любой доступный европейский язык.

Переводческая работа продолжается не только во время съемок/устных интервью непосредственно на локации, где помощник передает основную сущность разговоров, но и во время длительного и изнурительного редактирования, когда ТВ-журналисты выбирают нужные для сюжета синхроны. Поиск нужной прямой речи, ее отбор, точный перевод и финальная проверка могут продолжаться до ночи (а с утра – новые выезды и съемки).

Если фиксер не знает языка, он мгновенно "падает в цене", ведь тогда журналистам нужно брать еще и переводчика, который получает не только гонорар, но и хот-дог на заправке и дефицитное место в машине.

  • Безопасность

Бывает так, что иногда от фиксера требуют искать информацию о безопасных маршрутах для передвижения по Украине и внутри города. Также его/ее могут просить прозондировать безопасный район для бронирования отеля и проверить рабочий статус укрытия (например, в харьковской гостинице ключ от шелтера просто потерялся).

На французском ТВ, с которым я сотрудничал, эту информацию верифицировал один из работников внутренней службы безопасности, ранее бывший военным. В общем, информация о безопасности работы – одна из самых критичных для западных журналистов.

Также фиксер помогает улаживать конфликтные ситуации. Один из примеров – это запрет местных жителей снимать (даже в спальных районах) или диалог с полицией на месте "живых" включений ("кто такие? где аккредитация?"). Роль фиксеров в решении репортерских проблем на блокпостах – бесценна.

  • Транспорт и логистика

И наоборот, ценность только фиксера растет, если он может быть водителем и имеет свой автомобиль, рассчитанный на перевозку группы людей с объемным багажом (мой Ford Tourneo Connect для этой задачи подходил на все сто).

Один из французских репортеров рассказывал, что в других странах и, в частности, в Ираке для богатых американских СМИ существовал сложившийся рынок "репортерских" бронированных автомобилей со спутниковым интернетом на борту. Как обычно: есть спрос, растет и предложение.

В общем, для иностранных журналистских команд сочетание в одном лице "фиксер+водитель+переводчик" - идеальный, наиболее выгодный вариант сотрудничества с украинским специалистом.

Чернеют подводные камни

Я очень уважаю всех иностранных журналистов, которые не останавливаются на Львове и отправляются дальше вглубь Украины освещать российско-украинскую войну. Они могли бы остаться в своих комфортных офисах, не обрекая себя на опасность. Но они едут к нам и подвергаются высоким рискам (вспомните о погибших в Украине журналистах).

Впрочем, к нам прибывают непростые репортеры: это (опытные) репортеры-международники, которые знают себе цену и хотят "выжать из войны все". Иногда это адреналиновые наркоманы, которые за ужином в отеле могут говорить только о военных действиях и о своем их coverage.

С "выжать из этой войны все" иногда выходит очень неудобно. Уезжая в Украину, команды или отдельные журналисты получают от редакторов мандат на поиск ярких историй и эксклюзивных интервью/посещения локаций, которые еще никто не снимал. Иногда это создает проблемы, когда на словах западный журналист (особенно теле-) соглашается с требованием не снимать перемещение нашей техники или позиции военных и других объектов, а когда внимание военной пресс-службы ослаблено, тайно это снимают. Когда однажды я обратил внимание репортеров на то, что в сюжете их коллег фиксировался продвигавшийся на Чернигов танк, один из них написал: "Too tempting, I think I would have done the same" ("Было слишком соблазнительно, думаю, мы бы тоже так поступили"). Конечно, никто из них не публиковал эти данные сразу, однако я не раз чувствовал, что западные журналисты считали себя определенным исключением из правил (чем влиятельнее СМИ, тем выше эта "эксклюзивность").

Кроме очевидного риска помочь таким образом российской разведке, зарубежные журналисты также разрушают отношения между самим фиксером и человеком, отвечающим за СМИ в бригаде, подразделении, больнице или другой структуре. Не секрет, что количество запросов в ВСУ, НГУ и НПУ "поехать на передок" больше, чем их реально обработать, поэтому часто важную роль играют взаимоотношения между фиксером и знакомым пресс-офицером (есть ли история win-win-отношений? установилось ли доверие?). Один такой журналистский прокол – и фиксеру будет достаточно сложно объяснить пресс-офицеру, зачем ему еще раз сотрудничать с западной командой (этой или другой) и этим фиксером, который не смог добиться полного соблюдения иностранными репортерами "правил игры" на передовой или на месте трагедии.

Еще один спорный момент – "двойные" или даже "тройные" встречи. Фиксер, используя свой социальный капитал, контакты и даже авторитет, по требованию западных журналистов может в один день запланировать несколько встреч с вечно занятыми источниками. Эти рандеву могут по времени пересекаться друг с другом. Но решение, на которое встреча идти, принимается вечером или утром следующего дня. Поэтому иногда фиксер должен звонить тем, кого не выбрали, и извиняться, что репортеры не приедут, потому что нашлась другая, более интересная история.

Впрочем, поскольку источник тоже планировал эту встречу и упускал другие возможности, в следующий раз он дважды подумает, соглашаться ли снова на контакт с иностранными СМИ. Если же это чиновник, то отношения с ним точно испортятся.

В конце концов, часто западные журналисты организуют многочасовые интервью или выездной репортаж (в моем случае – ночное дежурство с харьковской полицией), однако из-за своей перегрузки или плохого тайм-менеджмента ничего в эфир/на сайт не выпускают. Что должен говорить фиксер людям, которые пишут ему "ты же мне сбросишь ссылку на мое интервью?", - тайна. И будут ли эти источники согласны на новые встречи?

Несоблюдение правил игры на военных локациях, двойные встречи и невыпущенные материалы — это фактические выстрелы себе в ногу. Выстрелы, которые на местах ускоряют усталость от иностранных медиа.

Напоследок, если фиксер не прописал четкий реестр своих обязанностей, то он должен быть готов к совершенно непрофессиональным запросам – "поехать купить еды", "принести треногу из машины" или вообще "сказать, какое расстояние от Львова до Яворова", даже если это самостоятельно прогуглить за 30 секунд.

Все же стоит

От журналиста фиксер/продюсер принципиально отличается от того, что все найденные истории и контакты обрабатывает не сам, а передает своим клиентам.

"От продюсера/фиксера зависит, о чем будет писать журналист и что потом узнают миллионы людей, - говорит Марьян Присяжнюк. - Это часть информационного фронта: люди и политики это читают, и это прямая и косвенная помощь Украине".

В конце концов массовый спрос на фиксеров упадет с окончанием острой фазы российско-украинской войны.

РЕКЛАМА

ПОСЛЕДНЕЕ

АНДРЕЙ ВОЛКОВ

Как учетная ставка НБУ влияет на стоимость кредитов и куда банкам девать избыточную ликвидность

ВИТАЛИЙ ШАПРАН

Восстановление Украины: о чем нужно знать уже сейчас?

ОЛЬГА КОВАЛЬ

Гендер, равенство, защита женщин: в Украине ратифицировали Стамбульскую конвенцию. Что это значит

ЮРИЙ РАДЗИЕВСКИЙ

Тонкая грань между защитником и убийцей. Должен ли общественный резонанс мешать правосудию?

ВИТАЛИЙ ШАПРАН

Экономические причины войны

АЛЕКСАНДР СТОРОЖУК

Помогать нельзя бояться: как распознать фейковый благотворительный фонд

ИГОРЬ ЖДАНОВ

100 дней войны – воспоминания, впечатления и размышления

ОЛЕГ ГАВРИШ

Что делать со списком критического импорта

ИГОРЬ ЖДАНОВ

Большая геополитическая шахматная доска: как не проиграть Украине в Четвертой мировой войне

ИГОРЬ ЖДАНОВ

Информационная оборона: аналитический обзор ситуации за прошлую неделю (15 – 22 мая 2022 года)

РЕКЛАМА
РЕКЛАМА
РЕКЛАМА
РЕКЛАМА

UKR.NET- новости со всей Украины

РЕКЛАМА